Огненным тигром по клетке металась,
Пламя желая в душе затушить,
Но оно с новой силою в ней разгоралось,
Все трудней с этим пламенем было мне жить…
Я искала свободу, дав выход эмоциям,
Верила в чудо, не скалив клыки…
Кошкой нежной пришла я к тебе темною ночью,
Но в засаде меня ожидали штыки…
Ты был вежлив со мной, я была беззащитна,
Пред лаской твоей не сумев устоять.
Неприступная, молодая тигрица
Стала котенком себя ощущать…
Ты охотником был, я была твоей жертвой,
Ты поставил капкан, я попала в него.
Ранил сильно, но жаль только что не смертельно,
И забрал вместо шкуры ты сердце мое…
Я лежала, на белом снегу замерзая,
В луже крови и с жгучею болью в душе.
С мудрым тигром как с глупым котенком играли,
Не вернуть его гордость и смелость уже.
Ты сразил меня честным и искренним взглядом,
Поцелуем, что губы неистово жжет.
Тигру в клетке не выжить, и воли не надо,
Без того, кого любит, с надеждою ждет…
Ты забрал мое сердце и скрылся навеки,
Чтоб трофеем гордиться потом остальным.
Так вот кошка призналась в любви человеку,
И была так жестоко отвергнута им…

Пламя желая в душе затушить,
Но оно с новой силою в ней разгоралось,
Все трудней с этим пламенем было мне жить…
Я искала свободу, дав выход эмоциям,
Верила в чудо, не скалив клыки…
Кошкой нежной пришла я к тебе темною ночью,
Но в засаде меня ожидали штыки…
Ты был вежлив со мной, я была беззащитна,
Пред лаской твоей не сумев устоять.
Неприступная, молодая тигрица
Стала котенком себя ощущать…
Ты охотником был, я была твоей жертвой,
Ты поставил капкан, я попала в него.
Ранил сильно, но жаль только что не смертельно,
И забрал вместо шкуры ты сердце мое…
Я лежала, на белом снегу замерзая,
В луже крови и с жгучею болью в душе.
С мудрым тигром как с глупым котенком играли,
Не вернуть его гордость и смелость уже.
Ты сразил меня честным и искренним взглядом,
Поцелуем, что губы неистово жжет.
Тигру в клетке не выжить, и воли не надо,
Без того, кого любит, с надеждою ждет…
Ты забрал мое сердце и скрылся навеки,
Чтоб трофеем гордиться потом остальным.
Так вот кошка призналась в любви человеку,
И была так жестоко отвергнута им…
